Продолжаем подводить итоги дискуссии по вопросам ценообразования на Всероссийском медиафоруме «Строим будущее России».
Смета контракта без сметных нормативов, Часть 1
Обещали разбор по темам — начинаем с той, что зрела дольше всего.
На сессии мы подняли (пусть и коротко — час пролетает быстро) вопрос, который на самом деле не про терминологию, а про деньги и нервы тысяч людей: почему смета контракта, которую внедряли 6 лет назад, до сих пор не работает так, как задумано?
Напомним, зачем её вообще ввели.
Многие годы тянутся разборки заказчиков, подрядчиков и контрольных органов на тему экономии и растрат в ходе выполнения строительно-монтажных работ.
Любые отклонения фактического состояния дел на объектах от локальных смет трактуются как несоблюдение проектных решений, и если в этом несоблюдении подрядчик что-то наэкономил, а заказчик за этим не уследил, то контролёр с удовлетворением заносит выявленное в акт, а потом требует заказчика возместить переплату в бюджет.
Отдельной проблемой является то, что в разборках заказчика с контролёрами подрядчик, как правило, вообще не принимает участия – только вот последствия проигранных заказчиками тяжб (в виде возврата денег в бюджет) в итоге сваливаются именно на подрядчика, который даже слово не мог своевременно подать.
В поисках решения этой проблемы Минстрой довольно давно сформулировал идею, согласно которой локальные сметы и положительное заключение госэкспертизы не являются догмой на стройплощадке в том смысле, что если результат работ удовлетворяет заказчика и соответствует проекту, то не надо разбирать стройку до гвоздей и ветоши.
В 2019 году в статье 110.2 ФЗ 44 появилось указание на смету контракта и её составление без использования сметных нормативов и сметных цен – тогда
Одновременно Минстрой вписал в ст. 8.3 Градкодекса (с 2016 года) важное условие:
При этом сметные нормативы и сметные цены строительных ресурсов, использованные при определении сметной стоимости строительства,
не подлежат применению при исполнении указанных контрактов или договоров (т.е. договоров на выполнение СМР)
Вскоре этого была написана Методика 841/пр, которая вызвала некоторое любопытство, но и только – бюджетная стройка продолжила жить по «локалкам» и КС-кам, потому что практически никто не понимал, как так можно вести стройку без применения сметных цен и нормативов.
Смета контракта составляется в пределах цены контракта — без ГЭСН, без ФСНБ, без сметных цен и коэффициентов. Логика простая: рассчитали стоимость один раз на входе (по нормативам), проверили комплект смет в госэкспертизе — и дальше исполняете и платите по контракту, а не пересчитываете стройку под нормативы всю дорогу. Задумывалось это не только для упрощения работы, но и как защита от назойливых контролёров, которые традиционно лезли именно в нормы и расценки: та ли опалубка, тот ли способ производства работ, совпадает ли факт с ГЭСН до последнего коэффициента, невзирая на то, что согласно Гражданскому кодексу цена в договоре подряда включает компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение (ч.2 ст.709 ГК РФ), при этом объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования определяются технической документацией, а цена работ определяется сметой контракта на выполнение подрядных работ (ч.1 ст.743 ГК РФ).
А теперь реальность. Антон Анатольевич Шафаростов, замминистра строительства и инфраструктуры Свердловской области, формулирует просто и доступно:
Смета контракта — ключевой документ бюджетной стройки, который с 2019 года не понимает примерно 100% бюджетных заказчиков.
Так получилось, что Методика 841 де-факто придала стадии «П» ценообразующий статус, но никто на это не обратил внимание – и однажды эта проблема прорвётся наружу.
Пока же все стараются работать в привычной парадигме КС-2 — ничего ж не болит, пока не укусят, да и к укусам все привыкли, и шрамы, и мозоли у заказчиков с подрядчиками наросли порядочные.
Почему так? Не только потому что некоторые ленивы или тупы 🙈не хотят перестраиваться на новые рельсы. У этого есть системная причина, и Антон Анатольевич её подробно разложил: даже после экспертизы проектная документация в подавляющем большинстве случаев содержит ошибки — в объёмах, в расценках, в коэффициентах, а Минстрой исходит из того, что после экспертизы их там быть не должно. В итоге все эти нестыковки стороны контракта вынуждены разгребать постфактум: меняются объёмы — меняются сметы, меняются технические решения — меняется вообще всё. По ходу стройки копится «винегрет» из десятков версий чертежей, смет и ведомостей, которые не «бьются» ни между собой, ни с фактом. И в какой-то момент действительно проще один раз принять всё по-старому (КС-2, локалка), чем в очередной раз пересогласовывать смету контракта из-за очередной копеечной правки. Этим и живет большинство.
Отдельная тонкость, о которой мало кто знает (вернее, знают, но все равно.. делают, как раньше): КС-2 сам по себе вообще-то тоже «вне закона». Унифицированную форму КС-2 применяют и при твёрдой цене контракта — но вместо того, чтобы заполнять вместо неё акт по позициям сметы контракта (конструктивным элементам, комплексам, видам работ), берут расценки из локальной сметы и переносят в КС-2, а потом все это "прицепляют" к актам из ЕИС в виде приложения. Еще раз: проблема не в том, что по старинке заполняют КС-2 по локалкам, а именно в сути, которую должны были вложить в смету контракта, но потеряли по дороге: совершенно ненужном добровольном приложении к актам, составленным по смете контракта самих КС-ок из локальной сметы. Нате, проверяйте, вникайте, кусайте!
И конечно — контролёры. Сколько ни объясняй, они по-прежнему лезут именно в технологию и в «кастрюли», а не в результат работ. Ольга Всеволодовна Дидковская иллюстрирует это своим фирменным примером про ресторан: блюдо вкусное, гостя всё устроило — но потом кто-то идёт на кухню и начинает разбираться, та ли сковородка, тот ли барашек и где он пасся. Вопрос качества готового блюда подменяется вопросом «а как вы это делали» — хотя это должно регулироваться совсем другими документами, не сметой.
Продолжим эту тему уже завтра.
