Сегодня мне хотелось бы коснуться любопытной темы, поднятой одним из читателей. Он задал большое количество вопросов, связанных с перспективами развития роботизированных вооружений — и вопросов сугубо технических.
Рассуждая на тему дронов, легко стать жертвой весьма банальной логической ловушки: раз мы говорим о вооружении, тем более насыщенном большим количеством высокотехнологичных компонентов, то этот разговор должен полностью состоять из обсуждения лишь тех вопросов, что касаются «железа». Это классическая ошибка, которая преследует тематику анализа вооружений далеко не одно десятилетие — даже профильные специалисты подчас с трудом могут осмыслить, что оружие — это прежде всего концепция применения, ряд заложенных в её рамках тактических свойств, и лишь потом техническое исполнение.
Технический анализ, безусловно, важен, когда мы касаемся темы роботизированных вооружений, но его значение часто переоценивают. Дроны — это инструмент войны эпохи глобализации. Инструмент, в значительной степени опирающийся на гражданскую компонентную базу. И хотя сейчас мы видим все больше специализированных решений по типу использования промышленных SoM, шифрованных радиомодемов, заказных печатных плат, это все ещё детали, которые можно с минимальными усилиями заказать у китайских производителей. В сущности, любой дрон — это конструктор, который лишь ожидает затейливого сборщика-импровизатора, чтобы собрать из набора тех или иных деталей средство поражения. Даже в случае софта речь идет прежде всего о кастомизации различного open-source программного обеспечения (пусть порой и довольно глубокой). И да, конструктор — это не уничижительная характеристика, а комплимент масштабируемости и живучести технологии.
Возможно ли провести комплексный анализ всей существующей сегодня гражданской радиоэлектроники, электронной оптики, средств коммуникации и предсказать, как именно будут развиваться те или иные типы беспилотных систем? Маловероятно. Этот эволюционный путь во многом зависит от фантазии конкретного инженера, потребностей конкретного командира и, самое главное, среды, экосистемы, в рамках которой осуществляется их деятельность. В лучшем случае у нас выйдет предсказать некие общие тренды.
Но первостепенное значение имеет не технический анализ. Важны концепции и принципы. Наибольший практический интерес в теме эволюции роботизированных вооружений представляет именно этот вопрос — вопрос того, как именно строится структура вовлечения специалистов (которые в массе своей еще вчера были энтузиастами, далекими от темы войны и военной промышленности) в процесс разработки, производства и применения беспилотных систем.
В настоящий момент, если уж касаться технических аспектов, я бы более внимательным образом отнесся к внедрению нейросетей различных типов. Последняя наиболее громкая «новинка» российско-украинского конфликта — американо-украинский барражирующий боеприпас Hornet — зарекомендовал себя опасным оружием именно благодаря высокой степени автоматизации, достигнутой в том числе внедрением edge-обработки (фактически, он самостоятельно производит поиск и выявление потенциальной цели в режиме радиомолчания). Нейросети — это доступный инструмент, который динамично развивается и имеет обширные военные перспективы в области развития полуавтономных и, возможно, даже автономных беспилотных систем.
Технологии — лишь фон для происходящих сегодня событий. Ключевой фактор, который десятилетиями сдерживал развитие дроновых вооружений, — отсутствие экосистемы. Не было спроса, не было обратной связи с реального поля боя, не было сообщества инженеров, готовых рисковать и экспериментировать (и не было заказчика, способного обеспечить условия для их работы).
И военные потребности методом естественной эволюции создали этот недостающий элемент.
@atomiccherry 💯